Climb.org.ru

Он пристально изучал свою невесту – от жемчужин в волосах, до кончиков простых туфель. На его лице появилось выражение некоторого удивления, когда он снова встретился с девушкой взглядом.

Вы шутите – наконец сказал лорд Грэстан не отрывая глаз от Ровены. – Она действительно похожа на вас, Бенфилд, но она не может быть вашей дочерью.

Тревожный взгляд ее отца метался от девушки к стоящему рядом собеседнику, когда он начал говорить, нервно запинаясь:

– Что?! Теперь вы обвиняете меня в попытке выдать кого-то за свою дочь? Что за вздор, Грэстан? Ровена! – Он сердито дернул ее за руку, – не смотри на тех, кто стоит выше тебя. Если ты хочешь своей дерзостью разрушить то, что я так тщательно подготовил, то клянусь, что с тебя сдерут кожу заживо.

Она бросила на отца уничтожающий взгляд, но тотчас склонила голову вниз и принялась изучать тростник, толстым слоем лежавший на полу.

– Нет, Бенфилд, – перебил лорд Грэстан. – Вы часами говорили о ее добродетели, взращенной в монастырских стенах, но ни словом не обмолвились о ее наружности.

– Какое дело до наружности девушки при составлении брачного контракта? – фыркнул отец. – Если б вы высказали свое желание посмотреть на нее, я устроил бы это.

– Я думал, что вы заключили свою дочь в монастырь из-за того, что она была дурнушкой. Что я должен был ожидать?

Даже Ровена улыбнулась, когда ее отец, рассмеявшись, спросил:

– Неужели, вы хотели, чтобы моя дочь была безобразной?

Девушка не могла удержаться чтобы не взглянуть на жениха, по-прежнему оставаясь в своей смиренной позе. На его лице сохранилось раздражение, пока он не поймал ее веселый взгляд. Лорд Грэстан не отводил своих глаз от Ровены, и соболиные дуги его бровей медленно поднялись. Видимо, против воли улыбка коснулась его губ. В это мгновение он изменился. Исчез суровый, непреклонный лорд, вместо которого стоял привлекательный человек, обладающий теплой и обаятельной улыбкой, мужчина не пытался скрыть охватившее его веселье.

– Не просите меня объяснять, – сказал он со смехом, – потому что я не стану делать это.

Ровена не была готова к такому. Перед ней стоял могущественный человек в расцвете своих сил, в то время, как она была измученной, перезрелой девушкой, к тому же не имеющей никакого опыта общения с мужчинами.

– Что это? – он согнул палец и приподнял ее подбородок. – Она в синяках, Бенфилд.

Отец что-то буркнул.

– Она плохо восприняла кое-что сегодня утром.

– Понимаю, – это все, что смог выговорить лорд Грэстан. После непродолжительной паузы он сказал: – Кажется, больше препятствий к браку нет. Могу ли я проводить вас к часовне, миледи?

Он склонил голову в приглашении и предложил руку Ровене.

– Как прикажете, милорд.

Она приняла его руку, хотя ей и не хотелось этого делать.

Лорд Грэстан повел ее мимо длинных столов, Мимо слуг, которые развешивали на стене дополнительные факелы. Выйдя из зала, они осторожно направились по двору замка, к воротам.

Там они остановились, не дойдя дюжины шагов до деревенской часовни.

– Теперь ваш отец задерживается, – сказал лорд Грэстан.

Ровена глянула мимо его плеча на дом. Ее родители еще не вышли из дверей. В интонации жениха появился слабый оттенок насмешки, когда он заговорил:

– Скажите мне, миледи, вы, несомненно, жаждали более изысканной церемонии. Вся эта спешка кажется мне неестественной.

Ровена не чувствовала потребности быть откровенной.

– Для меня это не имеет значения, милорд.

Холодный ветер трепал ее богатые одежды. Дрожащими руками она плотнее закуталась в плащ. Почему на него не действует холод? Она снова вздрогнула.

Заметив это, он ступил ближе и своим массивным корпусом заслонил ее от ветра.

– Тогда вы самая необычная из женщин, если эта бедность не трогает вас. Или, может быть, – он взял ее за руку, его пальцы показались ей горячими, – я не пришелся вам по вкусу?

Ровена быстро взглянула на него.

– Вы дразните меня, милорд. Я видела вас в течение лишь нескольких минут, а говорила и того меньше. Как вы можете ждать от меня ответа на вопрос, пришлись вы мне по вкусу или нет? – Она бросала резкие, будто отточенные слова.

Улыбка лорда Грэстана тронула его губы, но настороженные серые глаза оставались серьезными.

– Я рад узнать, что вы еще не вынесли мне приговор, миледи. Я очень тщеславен и не мог бы с легкостью перенести, если бы он оказался суров. Как вы относитесь к разочарованию слуг, что мы не разыгрываем из себя возлюбленных?

Она с удивлением взглянула на него.