Climb.org.ru

Мириамель посидела, задумавшись.

— Ниски всегда казались мне похожими на враннов. Вы на них очень похожи.

Смех Ган Итаи был шелестящим.

— Я слышала, — сказала она, — что несмотря на различие, некоторые звери становятся похожими друг на друга, потому что у них одинаковый образ жизни. Возможно, вранны, как и тинукедайя, слишком долго склоняли головы, — она снова рассмеялась, но этот смех не показался Мириамели счастливым. — А ты, дитя, — спросила ниски, — теперь твоя очередь отвечать на вопросы. Что привело тебя сюда?

Мириамель взглянула на нее, не готовая к такому вопросу.

— Почему ты здесь? Я обдумала сказанное тобой и не готова тебе поверить.

— А граф Аспитис поверил, — сказала Мириамель с некоторым вызовом.

— Может, это и так, но я совсем другая, чем он. — Ган Итаи устремила на Мириамель ясный взгляд. Даже в тусклом свеет фонаря глаза ниски сверкали, как антрацит. — Доверься мне.

Мириамель покачала головой и попыталась отстраниться, но сильная тонкая рука удержала ее.

— Прости, — сказала Ган Итаи. — Я тебя испугала. Позволь тебя успокоить. Я поняла, что от тебя не исходит никакой опасности, по крайней мере для «Облака Эдны», а это то, что меня заботит. Мои сородичи считают меня не такой, как все, потому что я быстро делаю выводы. Когда мне что-то или кто-то нравится, то они мне нравятся. — Она сухо рассмеялась. — Я решила, что ты мне нравишься, Мария, если это действительно твое имя. Если ты хочешь, так оно и будет. Но не нужно меня бояться, меня, старую Ган Итаи.

Оглушенная этой ночью, вином и последними необычными впечатлениями, Мириамель вдруг заплакала.

— Ну, дитя мое, но… — мягкая рука с тонкими сильными пальцами похлопала ее по спине.

— У меня нет дома, — Мириамель пыталась остановить слезы. Она почувствовала, что готова сказать то, что говорить не следует, как бы ей ни хотелось излить душу. — Я… изгнанница.

— Кто же тебя преследует?

Мириамель покачала головой. Брызги взлетели высоко над ними, когда нос корабля снова нырнул во впадину между волнами.

— Я не могу рассказывать об этом, но я в страшной опасности. Вот почему мне пришлось скрываться на вашем корабле.

— А монах? Твой ученый опекун? Он что, тоже в опасности?

Мириамель озадачил вопрос Ган Итаи. У нее не было времени обдумать еще многое.

— Да, думаю, и он тоже.

Ниски кивнула, как бы удовлетворенная.

— Не бойся. Я не выдам твоей тайны.

— Ты не расскажешь Аспитису… графу?

Ган Итаи покачала головой.

— Мои обязательства сложнее, чем ты полагаешь. Но я не могу дать тебе гарантий, что он ничего не узнает. Он умный, этот хозяин «Облака Эдны».

— Я знаю, — прочувствованно сказала Мириамель.

Нарастающая буря снова обрушила на них поток дождя. Гаи Итаи наклонилась вперед, вглядываясь в бушующее море.

— Клянусь Домом Ве! Они ненадолго застревают на глубине! Проклятье, очень уж они сильны, — она повернулась к Мириамели. — Кажется, мне снова пора петь. Тебе, пожалуй, лучше сойти вниз.

Мириамель неловко поблагодарила ниски за беседу, встала и направилась к трапу, ведущему вниз. Рык грома был подобен рычанию зверя, который гонится за ними. Она вдруг подумала, не сглупила ли, открывшись этому странному созданию.

Она остановилась наверху лестницы, склонив голову набок. В черной ночи позади нее песня Ган Итаи снова перекрывала шторм — тонкая нить, которая должна удерживать разъяренное море.