Climb.org.ru

— Ну вот. Ты сам имеешь убеждение, — Бинабик жестом выразил свою беспомощность: Кантака сидела, прижав уши и ощетинившись. Шерсть волчицы сверкала снежинками. — Глаза Кинкипы, — выругался тролль, — если бы я только мог ее заставить, не питай сомнении, я бы так и поступил. Она идет назад к аббатству, но не отходит от меня ни на один шаг. — Он снова повернулся к ней: — Кантака! Саймон мосок! Умму! — он покачал головой. — Нет. Не будет идти.

— А что с ней? — Слудиг пнул ногой снег, взметнув целое облако, тут же подхваченное крепким ветром. — С каждым часом след становится все слабее. А если парень ранен, каждый час приближает его к смерти.

— Дочь Гор, риммер, — прокричал Бинабик, — каждый час каждого дня всех нас приближает к смерти, — он моргнул покрасневшими глазами. — Разумеется, мы имеем необходимость поспешить. Ты думаешь, я не беспокоюсь о Саймоне? Мы ходим туда-сюда с восхождения солнца. Если бы я мог взять вместо моего носа нос Кантаки, я бы это сделал безотлагательно! Но она сильно напугана ситуацией, имевшей место в аббатстве Схоуди, я думаю, имеешь понимание? Даже за мной она идет без желания!

Кантака снова уперлась. Когда Бинабик оглянулся, она опустила массивную голову и завыла, еле слышно за ревом усиливающегося ветра.

Слудиг хлопнул себя по ноге.

— Черт побери, тролль, я это вижу. Но нам необходим ее нос! Мы ведь даже не знаем, куда парень пошел и почему он нам не отвечает. Мы уже несколько часов ему кричим!

Бинабик встревоженно покачал головой.

— Это причиняет мне наибольшее беспокойство. Мы же проехали немного, когда нашли его лошадь. Мы уже дважды прошли это расстояние, и все время возвращались и никакого следа Саймона.

Риммерсман прищурился от летящего в лицо снега.

— Пошли. Если он свалился, он наверняка вернется по своим собственным следам, — пока они заметны. Давай еще протащим волчицу хоть немного назад к аббатству. До конца — на этот раз. Может быть, если она учует парня поближе, она иначе поведет себя, — он подстегнул свою лошадь. Бинабик поморщился и свистнул Кантаке. Волчица неохотно подошла.

— Я питаю беспокойство к этому бурану, который надвигается, — крикнул тролль. Риммерсман, чуть отъехавший вперед, сразу превратился в мутное пятно. — Большое беспокойство. Он представитель мглы, которая имеет собрание вокруг Пика Бурь. Ее движение имеет огромную скорость.

— Знаю, — крикнул Слудиг через плечо. — Скоро нам придется позаботиться о собственной безопасности, независимо от того, найдем мы его или нет.

Бинабик кивнул, затем ударил себя рукой в грудь раз, второй, потом третий. Если только за ним не наблюдали его боги, никто не заметил этого жеста отчаяния.

Аббатство — недавняя арена страшного спектакля — стало тихим, засыпанным снегом склепом. Снежные сугробы скрыли большую часть того, что осталось от Схоуди и ее юных подопечных, но не все. Кантака на полет стрелы не соглашалась приблизиться к молчаливым стенам; Бинабик и Слудиг сами вошли во двор аббатства, чтобы убедиться, что среди неподвижных, укрытых белым саваном тел Саймона нет.